Заказ консультации:
8 926 5303752

Сказ о Звенте, или Путешествие в небесную Русь

 

Глава 3. В Пупе мироздания и вокруг него.

     Ох, братцы! Так обращался к друзьям Незнайка… братцы! Как же в это всё влезть… ведь сказанул я только что "было не до философствований… вживе ощущал, что облака в небе – не просто облака, а вестники из дальних и высоких миров, что деревья – не просто деревья, а волосинки на руке Бога, что круг сена – это лоно Великой Богини, Матери Мира. И красное ожерелье, всегда украшавшее шею Звенты, надето ей для того, чтобы радовать Господа, Творца всего". «Живое ощущение» на самом деле оказалось воскрешением когда-то читанных концепций, примеров и установок многих-многих учений. Одни концепции предлагают считать деревья волосами на руке вселенской формы Бога, другие – видеть в безобидных облаках вестников мира горнего, третьи – понимать, что всякая тварь каждым движением своим Бога славит. Что проку оживлять догмы, штампы, стереотипы? Относиться к жизни, но не жить.
     Муляжи святой Руси, купола, кресты, иконы - для кого они? Религия нуждается в людях – она питается теми, кто повязан своими страхами, привычками, реакциями (осуждениями или одобрениями) и инстинктами. Вера приводит тёмных людей либо в религию, либо в политику. Автор словаря Живого Великорусского языка В.Даль и то смешивал веру с религией. Религия – это ловушка для материалистов, которые и церковь-то от Бога не отличают. И всегда через умственное жевание Мир себе представляют.
    Изумрудную поляну во всех её направлениях снял я на видео. Потом кому-то показывал – виды природы. И звуки её, поющие, журчащие, распутывающие…  для кого-то «релакс», а для кого-то, сразу, невероятное стремление там оказаться.

    Разворачиваюсь к сенному ложу, подсолнушку, серёдке живота Великой Матери Богини. Солнце оказывается за правым плечом. Коница, Бочуля и Звента разлеглись равномерно, в метре друг от друга. По цветам одеяний – зелёно-коричневая, розово-вишнёвая и оранжевая. Звента даже частично (оставаясь в длинной, юбочной части своего платья) загорает. Так, как в городских парках, бывает, скромные барышни иной окрас приобретают.
     Присаживаюсь на свободное пространство сена в ногах у Звенты и попутчиц, рядом  с холмиком соломы сразу у зелёной травы. Кузнечики поют и играют, а так – тишина. День воздвигся во всём великолепии и никуда не спешил. Лил солнце с неба и насыщал воздух духмяными запахами согретой травы.
    Травинка к травинке – изгибы, светотени. Точно зодчий, художник-гиперреалист, сотворил в своей мастерской этот мир и нас туда вписал. Изумрудная поляна собралась показать своё волшебство – умение преображать тех, кто к ней приходит. Наш получасовой отдых, что, впрочем, нисколько не отвлекало, начал сопровождаться лишними звуками. Вдали слышались шорохи и голоса. Там как будто два мужичка собирались перейти речку и попасть к режимному источнику. Один вёл другого, и этого другого было слышно. Он громко и придирчиво скрипел, время от времени выдавая фразу за фразой. А всё потому, что не получалось у них пройти сквозь поляну. Всегда что-то мешало.
    «Куда ты меня привёл, куда ты меня привёл, - скрипел недовольный, - здесь стена крапивы, стена крапивы!» Проходит минута – и новая фраза: «В какую грязь ты меня завёл! У тебя мозгов нет или ты леший?» … «Брёвнышко! Нашёл брёвнышко! Прогнило всё твоё брёвнышко и мохом поросло! Как я по нему пойду в своих ботинках! Знал бы я, в своих ботинках не пошёл!..  Да что б я у тебя взял, у тебя такое барахло, что на свою ногу надевать страх!.. В кирзаче по такой жаре, придумал тоже –  сам два часа походи в кирзаче»! Ответных реплик не слышно, но недовольный так живо выражал к ним своё отношение, перебивал сам себя, что всё было понятно. Нас их разборки не касались. Звента не отвлеклась даже на то, чтобы сказать «Бандер-логи».
    Недовольный продолжал беситься и колбаситься: «Ну да, сними ботинки, придумал тоже! Вон там фонтан, кит что ль залёг?..  Да какой кит, тут у тебя никто не ловится, чтоб хоть линь залёг! Мальки… было б на кого глянуть, мальки… да там вода девять градусов! Ногу сведёт, сердце хватит – и гроб!.. навеки молодой. Ботинки! Вода девять градусов. Была бы она как в портвейне, а ещё лучше как в водочке» - размечтался ведомый – «а то что случись, что со мной случись, сюда же скорая не поедет. Ты хоть представляешь, куда она сюда приедет? Как оттуда они с носилками побегут, как побегут, я тебя спрашиваю, когда тут нигде пройти нельзя? Вертолёт только! Вертолёт! Да и чем его вызывать, как его вызывать, я тебе говорю, у тебя телефон какой? Мегафон? Ты нарочно купил Мегафон, потому что он ни в одном овраге не берёт! Это чтобы я тут навеки остался! Навеки остался»! Голос недовольного стал удаляться, но едкости не потерял: «Два часа идём и не придём! Кто ж ты, как не Леший – сколько на одном месте кружим. На одном месте! Послал бох попутчика…  Да не бох, бох такого не пошлёт! Вишь, он тебя не пускает. Нету тебе дороги. Эх, чтоб я ещё раз с тобой пошёл! Во в какие места завёл бох. Да не бох, Леший!»
    «А-а-а! – вдруг вскричал скрипучий голос, – кротовья дыра! Да какой муравей, забодай тебя вша. Ну как тут идти, как!.. Я догадался, почему у тебя у одного в деревне мышей нет. Во всех домах есть, а у тебя нет! Хотя у тебя даже кошки нет. Все от тебя сбежали. От твоего характера. От тебя даже тигры сбегут!» Недовольный проклял решительно всё вокруг. По мнению святых отцов, поддался он лукавому. «Во какие дела! Какие дела! Чтоб я ещё раз тут пошёл! Что я, Скуперфильд чтоль какой, я тебя спрашиваю? Чем мне откупаться, как отсюда выбраться? У меня нет ничего, зачем ты меня сюда завёл? У меня что, зубы золотые? Вон, три гроша в худом кармане. Три гроша! Ещё надо посмотреть, не лежат ли где кости… предшественников моих, кого же! Кого ты здесь водил… откуда я знаю, кого»… наконец тот, кто вёл недовольного, смог найти подходящий проход, и две фигуры появились на фоне кустов в дальнем конце поляны. Тут-то метаморфоза и настала.
    Недовольный был на шаг впереди товарища своего. Постояв молча минуту, он вдруг сменил тон, и, уже не скрипя, заговорил: «Боже мой! Какая поляна…  а где же тропинка, тропинка-то где? Как я могу по этой траве идти?!.. На ней же БОГИ танцуют»!
    Как бы сказали кришнаиты, отличный проповеднический сюжет. Только лучше сначала побывать, а потом проповедовать. Удачливая духовная душа, восхищенная слугами Господа Вишну, попадает на Вайкунтху – так зовутся планеты духовного мира, где царят поклонение и благоговение. Там нет ничего материального. Там невозможно что-либо эксплуатировать, использовать в индивидуалистичных, независимых интересах. Там ничто не угнетает сознание индивидуума, трансцендентное в своём начале. Там нет забот и проблем. И живое существо понимает, что на Вайкунтхе даже трава выше её по статусу бытия, выше чем оно, самоё. Живые существа, изначально не принадлежа миру материи, относятся к некой промежуточной категории, пограничной между мирами материи и духа. Входя в более высокий по статусу бытия Мир, духовная душа преклоняется перед ним и благоговеет, занимая своё место в служении Господу. На Вайкунтхах, правда, Господь не танцует. Там Он занимает царское положение. Танцует он на Голоке Вриндавана, где Он - пастушок по Имени Кришна.
    Тот, кто был недовольным, крестился, молился и на каждом шагу кланялся. Он всё-таки углядел, не тропинку даже, а едва приметную стёжку, примятость в траве, и шёл по ней. Дойдя до центра поляны, до круга сена, и вовсе обомлел. Богов увидел (а иначе кто б ещё посмел тут лежать)? И надо же было в этот момент Конице-Горбунице его каким-то вопросом задеть. Он как с небес свалился: «Девушки, какие проблемы»? И быстро зашагал в сторону церковных муляжей. Другой мужичок молча, и ни на кого не глядя, поспешал за ним. Больше на этой поляне никто не появлялся.

    Прошло время, получил я отзыв читательницы: «Классно вы пишете… но уж прям ли Богов увидел тот недовольный человек? Не сочтите за стёб. Все мы одинаковые, Наполеоны... а вы продолжайте. Явно к чему-то ведете»...
    Да… такой уж "проповеднический" сюжет... что легко заиграться. Зато некоторые как слушали, когда я рассказывал! Типа, на Вайкунтхе побывал... по-настоящему. Всё настолько значимо, всему придаётся такая цена, что ещё так сказать можно: "и в этом месте один день был как сто тысяч лет, а сто тысяч лет как один день". И потом каждый раз так и говорить, пока кто-нибудь не осадит: "Высоко забрались, сударь!".
    Про богов (фраза «иначе кто б ещё посмел тут лежать») это, конечно, не факт. Может, недовольный нечисть увидал... которая оскверняет место... кто знает, какими мы ему показались. Только "боги танцуют" всё-таки из его уст прозвучало... до того, как он увидел нас.
     Читательница проявила снисхождение: «И дольше века длится день, И не кончается объятье! Продолжайте, пожалуйста. Все заняли места в зрительном зале и созерцают Лелю-лилу». Только вот объятий (человеческих) в Звента-лиле не было. Хотя на следующий день, в Радонеже… да нет, не объятье это было.

Scroll to top