Воскресная развязка 8 июня 1997г.

                                     (И что за ней последовало)...

    Прошло 18 часов. (Нама-хатты Ангиры Муни проходили по субботам, а Ананга вёл клуб «Веда» по воскресеньям). И вот Ананга прабху половину арендуемого времени налаживает моноблок, а затем показывает фильм «Малик». Всеобщее перемещение присутствующих к экрану закончилось, и теперь каждую минуту под кем-нибудь рушится стул, благодаря чему фильм смотрится как никогда весело. Карлсон позавидует тому, что не с нами. 8 июня, согласно Астрид Линдгрен, у Карлсона день рождения.
    Медведь оказывается позади всех. И в тот момент, когда на пол низвергся Миша Жирнов, Матушка Мидоус, филигранно балансируя на недовольном стуле, поворачивается к Медведю и тихонько сообщает ему следующее:
    - Вы знаете, я всю ночь не спала. Так переживала из-за того, что я посоветовала вам принять на берлогу ставленников Ангиры Муни. Я сама не знала, что он сделает тихой сапой. Не надо было давать телефон тёмным лошадкам из дербеневской тусовки. Но они-то ещё более-менее интеллигентные человечки, а вот Гокула Чандра, похоже, из охраны, если не хуже, его ни в коем случае не пускайте. Потом его не выгонишь. Он из тех, кого кроме денег, власти и личной выгоды ничего не интересует. Я очень хорошо знаю, что в таких обстоятельствах случается. Держитесь подальше от Вишнупадовцев…  Вот мой гуру… Кришна Кришной, а люди людьми.
    Медведю со вчерашнего дня тоже было не по себе, но он гнал прочь вредные мысли и не поддавался расстроенным чувствам.
    - Не надо делать различий: это Кришна, а это не Кришна, - как можно авторитетнее ответил он Матушке Мидоус.
    - Да, - согласилась Матушка Мидоус, - но Кришна не любит, когда кто-либо из преданных принимает участие в частных играх частных лиц, особенно когда они оправдывают свои действия желаниями Кришны. И нужно обладать умением различать, где что.
    На вопрос, что, может быть, это лишь поветрие ума-мошенника принесло сомнение (ведь преданным служением нельзя пренебрегать, делить его на престижное и непрестижное), Матушка Мидоус ответила:
    - Да, надо уметь не слушать свой ум, так говорит Гопал Кришна Госвами при инициации каждому своему ученику, но здесь именно ум вводит в иллюзию. Именно ум говорит: вот будет нама-хатта, вот берлога станет самой прославленной… А с какой теплотой и нежностью Гопал Кришна Госвами относится ко всем…
    И Матушка Мидоус пустилась в рассуждения о своём гуру, к инициации у которого она стремилась, о том, как его ученики заворожены мягкостью, с которой он общается с ними… И что без рекомендации Ангиры Муни и других важных, самодовольных прабху невозможно инициацию получить…
    Медведь хотел уточнить, что значит «мягкостью», но описанная Матушкой Мидоус картина взаимной трансцендентной проникновенности настоящего духовного учителя и доверившихся ему учеников так резко оттенила сущность навязываемого ЦК УГАМ, что душа Медведя покинула сердце и пошла в сторону задних лап.
    …Голова Миши Жирнова появилась в поле зрения и Матушка Мидоус прекратила недозволенные речи.
    Медведь неслышно поднялся с места, вышел из здания и поехал в берлогу. Там он сразу дозвонился Ангире Муни и сказал: «Обстоятельства переменились. Передайте Гокуле Чандре, пусть он не звонит и не приезжает. На нама-хатте меня не ждите». Затем медведь сгрёб оставшиеся книги и тут же отвёз их в клуб «Веда» Мише Жирнову. Что удивительно, Миша Жирнов не загнулся под их тяжестью – трансцендентная ноша не тянет да и Гена из Текстильщиков на подхвате.
    Вечером Михайло Лопатыч возопил к Кришне с просьбой: Дай мне понять, кто прав, кто виноват. Рассуди… К молитве присоединился Чуфырь: «О, Боже! Ты в трижды изогнутой позе сияешь где-то в вышине…  А я торчу здесь как коряга, дал бы милость мне». Назавтра Господь послал чуфырю 50 тыщ денег в неденоминированных рублях 1997 года. Чуфырь благословил ими Медведя и тот три дня спустя поехал с ними в храм, жертвовать.
    Вокруг департамента гостей и нама-хатт хаживал неудовлетворённый Гокула Чандра, генерал без армии.